Фотограф настойчиво требует, чтобы я ехал правее — впритык к дорожному ограждению. Автомобиль у него, видите ли, в кадр не попадает! Понимаю, что запас справа еще есть, но решительно не вижу огромного правого крыла. 

А это ведь килограммов пятнадцать настоящего металла причудливой формы и огромный блестящий бампер спереди. Да и зéркала справа нет, так что и по борту контролировать зазор не получается.

Помнится, в зарубежных боевиках моей юности на таких вот седанах наглые гангстеры и честные полицейские гоняли не только по сельским дорогам, но и по узким городским улочкам, лавируя между препятствиями. Ну-ну, посмотрел бы я на эти городские гонки в жизни и на то, что после них останется от машины.

Эта марка — для тех, кто уже перерос Buick, но пока не может позволить себе Cadillac.

Иметь и не иметь

Этот седан La Salle 37–50 родился в 1937 году — далеко не самом благополучном для мира. Атмосфера тех лет прекрасно отражена, скажем, в романе «Иметь и не иметь», вышедшем в свет как раз в начале 1937‑го и принадлежащем перу земляка этой машины — Эрнеста Хемингуэя. В Штатах всё еще сказывались последствия Великой депрессии, принесшей многим американцам разорение, семейные трагедии и даже самоубийства. Миллионы людей скитались по стране в поисках хоть какой-то работы и удачи. В Испании шла гражданская война, и мир уже ужаснулся бомбардировке Герники. Многие понимали, а может, просто чувствовали, что это только начало. Среди них — Хемингуэй. 

Роскошным салон не назовешь — деловой, серьезный стиль.

В автомобиле в самых разных местах присутствует фирменный знак марки La Salle, вызывающий у владельца удовлетворение: это уже не Buick, а почти Cadillac

Форточка в передней двери тоже открывается поворотной ручкой.

Но был и совсем другой мир. Недалеко от причала, куда катер береговой охраны притащил лодку умирающего героя романа Хэма — Гарри Моргана, зарабатывавшего контрабандой, стояли нарядные яхты голливудских звезд, успешных промышленников и их капризных подруг. У этих граждан США были совсем иные заботы. Как и у тех, кстати, кто выбирал автомобили марки La Salle.

Нет, голливудские звезды предпочитали более престижные и дорогие машины. А эта марка была создана для тех, кто уже перерос Buick, но пока не может позволить себе Cadillac. Тоже ведь забота, правда?

А если курить сигары? Пепельница могла бы быть и побольше.

Пепельницы для задних пассажиров — хороший тон. Я серьезно!

Полшага до мечты

Марку La Salle придумал президент концерна General Motors Альфред Причард Слоун еще в 1927 году. Buick и Cadillac слишком сблизились по цене, и руководство фирмы задумало сделать удешевленный вариант самых престижных в линейке концерна (а в общем-то, и во всей Америке) машин. Cadillac в США тех лет — фетиш, национальная мечта, свидетельство успеха и благополучия. La Salle — почти то же самое, только немного попроще и подешевле. Дескать, еще один шаг и…

Мягкие огромные диваны — услада тела и праздник души.

Дизайн первых автомобилей новой марки разрабатывал молодой стилист Харли Эрл, ставший позднее всемирной знаменитостью и проработавший на GM несколько десятков лет. Он, что вполне логично, и сам ездил в начале 1930‑х именно на машинах La Salle. Идею промежуточной (придумали даже термин «компаньонская» — cоmpanion) марки, которую продавали дилеры Cadillac, покупатели восприняли неплохо. Продажи понемногу росли, а машины, как и остальные модели концерна, подвергались модернизации сообразно моде. Вот такой La Salle 37–50 1937 модельного года представили, как водится, осенью 1936‑го.

ПЕРЕВОД С ФРАНЦУЗСКОГО

Рене-Робер Кавелье Ла Саль (1643–1687) — французский путешественник, исследователь Северной Америки. Считается, что именно он стал первым европейцем, проплывшим всю Миссисипи. После этого Ла Саль объявил земли вдоль реки собственностью французской короны. Об этом и вещает Ла Саль на литографии 1870‑х годов. Такую огромную территорию Франция, конечно, реально контролировать не могла. Но всё равно, наверное, приятно.

Один взгляд вперед

Так ли сложно ездить на этой машине? Вовсе нет. Вот только этот массивный кузов с огромными, выдающимися во всех смыслах крыльями издевается над современными представлениями об обзорности. Это творение американского автопрома, щедро обрамленное толстым металлом и натуральным хромом, рассчитано на заокеанские просторы, а не на узенькие улочки Европы. А во всем остальном американский автомобиль 1937 года — прямой аналог лучших европейских моделей, появившихся лишь через полтора-два десятилетия.

Двигатель (конечно же, V‑образная «восьмерка», ведь La Salle — это больше, чем Buick, и почти Cadillac!) — верхнеклапанный, но при рабочем объеме 5,3 литра развивает всего 125 сил. Причем по американскому стандарту SAE — без учета потерь на навесное оборудование. По нынешним меркам — «копейки» для столь внушительной машины. Зато запас тяги прекрасный. Третью — прямую — передачу смело можно включать уже на 30–35 км/ч. Двигатель величаво набирает обороты, а машина разгоняется пусть и не стремительно, но уверенно, без неприятных рывков. La Salle благосклонно позволяет не частить с переключением передач. Коробка, кстати, - с синхронизаторами на второй и третьей.

Тормоза — барабанные, гидравлические и, конечно, без усилителя. Впрочем, это воспринималось вполне нормально даже в 1950‑х и начале 1960‑х. Вспомним наши ГАЗ‑12 ЗИМ и Волгу ГАЗ‑21.

Марка La Salle не снискала славы старшего брата по имени Cadillac. Однако и у нее был-таки звездный час. В 1937‑м кабриолет La Salle выбрали для очень почетной в США миссии — в тот год он стал пейс-каром на самых престижных гонках Indy 500.

Помимо автомобиля со стандартной базой (3150 мм) делали так называемое коммерческое шасси с базой 4064 мм. На таком шасси фирма Meteor строила в штате Огайо катафалки, а также специальные автомобили для перевозки цветов в составе траурного кортежа.

Подвеска спереди — пружинная, независимая, сзади — цельный мост на рессорах. Работает мягко и обеспечивает отменный комфорт, а это главная добродетель автомобиля такого класса. Кроме того, между дорогой и ездоками не только упругие элементы подвески и высоченных шин, но еще и уба­юкивающие мягкие диваны, ласкающие тело и культивирующие повышенное чувство собственного достоинства. Ведь такая «мебель», окажись она в гостиной одного из миллионов домиков «одноэтажной Америки», - тоже признак семейного благополучия.

На накладках педалей упоминается марка Сadillac. Это неслучайно: La Salle — родной брат Кадиллаков, пусть и младший.

Запаска смотрится здесь не очень уместно, но подвешивать ее снаружи дизайнеры сочли старомодным.

МЕЖДУ ПЕРВОЙ И ВТОРОЙ

Марка La Salle появилась в линейке концерна GM в 1927 году. Модель 37–50 представили в 1936‑м. Выпускали двух- и четырехдверный седаны, кабриолет, так называемый конвертибл-седан и купе. Двигатель V8 рабочим объемом 5,27 литра развивал при 3400 об/мин 125 л.с. по стандарту SAE. В 1937 модельном году изготовили 32 тысячи автомобилей. В 1940‑м из-за падения спроса марку ликвидировали.

Источник