Автомобили иностранного производства в самом крупном социалистическом государстве планеты водились по простой причине – они там были еще до образования Союза Советских Социалистических Республик, во времена царствования рода Романовых. Однако и после такого, как царизм ушел в прошлое, иномарки на дорогах появляться не перестали – хотя их было немногим больше, чем при царе. Посмотрим, кто занимал мягкие кресла на дорогах страны развивающегося автомобилизма.

Ленин и не только

Даже дедушка Ленин, который Владимир Ильич, использовал в своих революционных целях автомобиль иностранного производства. Да еще какой! Первой машиной вождя мирового пролетариата был автомобиль марки Turcat-Mery с кузовом типа ландо-лимузин, которым ранее пользовалась старшая дочь Николая Второго Татьяна. Ленину роскошное французское авто досталось уже после Керенского, поскольку сначала царский гараж перешел в распоряжение Временного правительства. Впрочем, «Тюркой» Владимир Ильич пользовался недолго: уже в декабре 1917-го машину угнали прямо со стоянки Смольного дворца.

Затем Ленин ездил еще на нескольких «иномарках» – например, семиместном Delaunay-Belleville и Renault 40 CV, который был оснащен технологической новацией – усилителем тормозов.

Делоне-Бельвиль был автомобилем высокого класса

Делоне-Бельвиль был автомобилем высокого класса

После покушения, которое совершила Фанни Каплан, раненого Ленина доставили в Кремль именно на Renault.

Самым же интересным автомобилем товарища Ленина был, безусловно, Rolls-Royce Silver Ghost. Поскольку в зимний период передвигаться по заснеженным дорогам на такой машине было проблематично, в 1921 году на Путиловском заводе «Серебряного призрака» переделали в «серебряные автосани», смонтировав на шасси лыжи и гусеницы.

Необычная машина с великолепной проходимостью очень нравилась Ленину. Именно на этом «Роллс-ройсе» в версии «Автосани» Ленин и отправился в свой последний путь из подмосковных Горок в столицу советской Родины.

В довоенный период не менее известным «иномарочником» был Владимир Маяковский. Равнодушный и далёкий от автомобилей поэт приобрёл в Париже машину из-за прихоти своей музы Лили Брик. Почему Маяковский купил именно Renault? Выбирал не он: в письмах великому поэту Лиля Юрьевна уточнила, что купить «лучше всего Buick или Renault, только не Amilcar!».

AAAAAAAAAAAAARenault-mayak

В итоге Владимир Владимирович приобрел как раз Renault – четырехцилиндровый шестисильный автомобиль модели NN. Впрочем, скупые исторические факты свидетельствуют о том, что машинами иностранного производства располагали и некоторые представители тогдашней советской богемы – известные певицы, балерины, актрисы… При этом авто управляли, разумеется, наёмные водители.

AAAAAAAAAAAAAAAAAArenault_6_cv_limousine_1

Впрочем, в довоенный период любой автомобиль в личном пользовании был все же большой экзотикой.

Иномарки и вожди

AAAAAAAAAAAA34

Иосиф Сталин также пользовался автомобилем иностранного производства. Правда, не европейским – генералиссимус предпочитал американский Packard Twin Six с 12-цилиндровым двигателем, а впоследствии пересел на бронированный Packard Twelve, который ему подарил Рузвельт. Именно Паккард по приказу «сверху» и был взят в качестве образца для создания советского лимузина представительского назначения ЗиС-110. Но не Паккардом единым! Buick, Cadillac, Lincoln – партийно-номенклатурная элита СССР пользовалась и другими машинами американского производства, которые для нужд «слуг народа» закупались небольшими партиями за океаном.

Правда, Сталину не очень нравилась идея использования американской техники в качестве советского представительского лимузина. По этой причине на Заводе имени Сталина по указанию вождя и стали изобретать «свой Паккард».

Вторая мировая война внесла свои коррективы и в советский автопарк. И дело не только (и не столько) в автомобилях, поставляемых по ленд-лизу. Ведь те машины, которые не сгинули во время военных сражений, после окончания Великой Отечественной войны были отправлены обратно в США, где их утилизировали.

Однако после Победы над фашистской Германией в СССР попали тысячи трофейных иномарок – как правило, это были довоенные легковушки самых разных мастей. Многочисленные Хорьхи, Опели и Мерседесы как эксплуатировались отдельными счастливыми «частниками» (если позволял ранг, звание или служебное положение!), так и трудились в восстановленных после войны автомобильных хозяйствах.

Mercedes Геринга тоже стал трофеем – но не советских воинов-освободителей, а союзников-американцев

Mercedes Геринга тоже стал трофеем – но не советских воинов-освободителей, а союзников-американцев

Впрочем, боевое прошлое, отсутствие запасных частей и плохие дороги сделали своё дело: уже в начале пятидесятых годов количество иномарок на советских дорогах заметно поубавилось. Работало простое правило – чем активнее на машине ездили, тем раньше она становилась недвижимостью. Немного продлить агонию «залётных птичек» удавалось с помощью «колхоза» отечественных узлов и агрегатов. При этом как внешне, так и по технике машины чудовищно «закошмаривались» – к примеру, на легковушку могли установить мосты от грузовика, из-за чего её латаный и переваренный кузов взмывал в небо. Впрочем, к концу пятидесятых годов ресурс «трофеек» исчерпался практически повсеместно.

Развенчавший культ личности Сталина Никита Сергеевич Хрущев не сильно отставал от своего предшественника, пересев после войны на личный Cadillac Fleetwood с кузовом кабриолет. Интересно, что этот автомобиль во время Второй Мировой находился в ставке Гитлера под Винницей и предназначался лично для фюрера.

Конечно, на «официозе» машина американского производства не использовалась – показавший «кузькину мать» США Никита Сергеевич во время официальных мероприятий обходился отечественным ЗиСом.

Но в качестве собственной машины он активно использовал именно «Кэдди»… Новые американские автомобили произвели на Хрущева неизгладимое впечатление – неслучайно ведь советские ЗиЛы и Чайки впоследствии так напоминали заокеанские Линкольны и Кадиллаки.

Хрущев вдобавок любил… покупать иномарки. Правда, сам он ими не пользовался, а просто передавал их тем, кому, по мнению главы советского государства, они были нужнее.

Правительственный кортеж. Во главе – ЗИЛ, по бокам - Чайки

Правительственный кортеж. Во главе – ЗиЛ, по бокам – Чайки

К примеру, приобретенное во время очередной «загранкомандировки» мерседесовское «крыло чайки» (модель 300SL) он отдал в Ленинградский НИИ топливной аппаратуры, а Rolls-Royce Silver Cloud по его указанию трудился «служебкой» в доме престарелых большевиков.

Американский Packar Caribbean. Правда, очень похоже на нашу Чайку?

Американский Packar Caribbean. Правда, очень похоже на нашу Чайку?

Впрочем, не забывал он и о собственной семье: привезенный из-за рубежа Fiat 2300 он подарил своему сыну Сергею, а кабриолет Renault Florida – дочери Раде.

Герой анекдотов, «дорогой Леонид Ильич», был большим любителем автомобилей, причем иностранных. Американский Buick 90 Limited, на котором Брежнев ездил уже в конце 30-х годов, был первой «иномаркой» генсека.

Buick 90 Limited

Buick 90 Limited

В длинной веренице машин, которыми пользовался Леонид Брежнев, были иномарки всех калибров и марок. За два десятилетия правления Леонида Ильича в «цековском» гараже появились самые различные автомобили – Rolls-Royce Silver Shadow, Cadillac Eldorado, Mercedes-Benz 600 Pullman, Nissan President… Причем все эти машины генсек отнюдь не покупал – их дарили лично канцлер ФРГ, президент США, премьер-министр Японии и даже королева Великобритании!

Леонид Брежнев любил не только быстроходные автомобили, но и соответствующую езду. Причем до явного прогресса болезни генсек ЦК КПСС СССР любил лично садиться за руль даже за рубежом! Очевидцы утверждали, что такими поступками он не только доводил до дрожи высоких государственных мужей, принимавших участие в поездке, но и ставил в ступор многочисленную свиту обеих сторон.

Четырехколесная богема

В шестидесятые годы владельцем эффектной иномарки стал самый известный в те времена гражданин СССР – лётчик-космонавт Юрий Гагарин. В 1965 году советский космонавт посетил французскую фирму Matra, которая кроме производства ракетно-космического оборудования выпускала и автомобили. Юрий Алексеевич буквально «запал» на эффектное купе Matra-Bonnet Jet VS со стеклопластиковым кузовом. Такую Матру небесно-голубого цвета Гагарин получил в подарок от французского правительства уже в Москве. Однако советский космонавт был настоящим патриотом и практически не пользовался зарубежной техникой, отдавая предпочтение отечественной Волге ГАЗ М-21.

В брежневские времена в СССР существовал еще один знаменитый и очень активный «иномарочник» – советский актёр, поэт и автор-исполнитель песен Владимир Высоцкий также отдавал предпочтение автомобилям иностранного производства, хотя за руль сел довольно поздно – в 1967 году. До знакомства с Мариной Влади Высоцкий ездил на продукции отечественного автопрома. Причем – довольно бесшабашно: уже летом 1971 года он при непонятных обстоятельствах разбил вдребезги свои новенькие Жигули первой модели, врезавшись в точно такую же «копейку». После того, как машину Высоцкого восстановили, её сняли с учета и продали.

Первая иномарка Высоцкого – хэтчбек Renault 16TS, который Марина Влади привезла из Франции. Правда, чем-то напоминает историю Маяковского? Только здесь не поэт приобрел новейший Рено для своей музы, а наоборот…

Увы, французской машине тоже не повезло: в одной из первых поездок Высоцкий попал в аварию, ударив автобус. Машину не без труда отремонтировали и продали… во Франции, куда Владимир Семёнович уехал вместе с Влади.

Затем у Высоцкого появилась парочка BMW 2500, которые он приобрел в Германии, где пребывал на гастролях. Правда, одна из машин оказалась угнанной, поэтому зарегистрировать в СССР удалось лишь один «бумер». Но Владимир Семёнович ездил на обеих машинах, переставляя время от времени номерные знаки. Видимо, «бэхам» было с самого начало на роду написано ездить на территории Союза с «криминальным прошлым». Однако на баварских автомобилях Высоцкий ездил недолго – одну машину он продал через «комиссионку», а вторую вывез во Францию, где опять-таки продал.

В 1976 году в Германии Высоцкий вместе с Влади приобретает свою следующую иномарку. Небесно-голубой Mercedes 450SE был куплен подержанным – в двухлетнем возрасте. Тем не менее, в СССР появление такой машины на дороге было равно по эффекту приземлению НЛО. «Гаишники» просто цепенели, завидев «мерс» с советскими номерами, поскольку такая же машина была в гараже у самого Брежнева.

В самом начале 1980 года Владимир Семёнович на своём Mercedes опять попадает в аварию, на этот раз врезавшись в трамвай. Ну не везло ему с общественным транспортом!

Свою очередную (и на сей раз – последнюю в жизни) машину иностранного производства Высоцкий купил за год до смерти: в 1979 году в Германии (а где же еще?) он становится владельцем золотисто-коричневого купе Mercedes модели 350SLC. Правда, в Москву этот автомобиль целым не доехал – на Минском шоссе поэт-бард разогнался до такой скорости, что быстроходную машину унесло с дороги в кювет.

Как и Высоцкий, многие известные советские артисты приобретали иномарку, будучи на гастролях. Этому, во-первых, способствовал гонорар, а, во-вторых, относительно невысокие цены на подержанные автомобили. Государство не приветствовало, но и не препятствовало ввозу иномарок в частном порядке – тем более что каждый подобный случай был единичным. В большинстве случаев автомобили иностранного производства не могли выехать «за 101 километр», то есть их эксплуатация разрешалась только в пределах Москвы.

Некоторым гражданам, чьи театральные или кинематографические роли символизировали советский образ жизни, иметь собственную иномарку и вовсе негласно запрещали, ведь теоретическая возможность «пригона и растаможки» машины из-за рубежа с легкостью перечеркивалась банальным телефонным звонком «сверху».

Кроме известных на всю страну «иномарочников», в крупных городах можно было встретить и менее «звездных» водителей автомобилей, выпущенных за рубежом. Обычно это был служебный транспорт представительств других государств. Посольства, дипломатические миссии, консульства и торговые представительства отдавали предпочтение автомобилям зарубежного производства, а не советской технике. Это было не очень удобно, поскольку запасные части приходилось доставлять под заказ по «дипломатическим» каналам.

Чаще всего в СССР ездили на иномарках американского, немецкого или шведского производства. Большие и крупные машины обладали требуемым запасом прочности, а также смотрелись внушительно, как и подобало служебному транспорту представительства другого государства.

Приверженность к «северным» маркам в СССР объяснялась просто – в условиях не самого тропического климата выбор делали в пользу техники, рассчитанной на подобные условия. К тому же у многих Мерседесов были предпусковые подогреватели, что также заметно облегчало эксплуатацию автомобиля в зимний период. Неудивительно, что до 1980 года на учете в СССР стояло около десятка «эсок» – седанов Mercedes в кузове W116, среди которых – ввезенный в частном порядке автомобиль немецкого инженера, машина, выигранная Анатолием Карповым, а также S-класс, подаренный советскому микрохирургу-офтальмологу Святославу Федорову.

Трудности перевода

Обслуживали экзотическую технику кто как мог – у многих посольств были собственные СТО, некоторые представительства решали этот вопрос привлечением советских подрядчиков-сервисменов. Наконец, «по блату» автомобиль иностранного производства можно было обслужить в гараже Управления делами дипломатического корпуса, но уровень связей должен был быть соответствующим. Большинство же рядовых советских граждан в семидесятые годы были страшно далеки от иномарок и мечтали от силы о собственных Жигулях. «Фарца» или «барыги», как тогда называли представителей нелегального советского бизнеса, предпочитали не слишком «светиться» и, как правило, приобретали продукцию родного автопрома.

Один из самых распространенных вариантов приобретения вожделенной иномарки – через комиссионный магазин. Многие дипломатические представительства после списания избавлялись от старого автотранспорта именно по официальной схеме – через комиссионную продажу. При этом купить такую машину «человеку с улицы» было практически нереально. Сначала нужно было «подмазать» директора магазина или же изначально быть «важным и нужным человеком», перед которым открывались задние двери и черные ходы советской торговли.

В единичных случаях зарубежные автомобили приобретались советскими автозаводами или научно-исследовательскими институтами для сравнительных испытаний и предметного анализа конструкции иномарок. Правда, эти машины обычно эксплуатировались на закрытых дорогах автополигонов либо во время испытательных пробегов.

AAAAAAAAAAAAAAAAvolvo_244_gl_5

Находились и энтузиасты, которые всеми правдами и неправдами пытались купить вожделенного «иностранца», даже если техническое состояние машины к тому времени было плачевным. Ведь в руки простых смертных автомобиль зарубежного производства мог попасть лишь в случае, если он уже пребывал в состоянии цветмета и своим ходом передвигаться не мог.

Да, в Союзе водились и Ferrari! Правда, с грязью и вмятинами на кузове…

Да, в Союзе водились и Ferrari! Правда, с грязью и вмятинами на кузове…

При отсутствии оригинальных запасных частей владелец «иномарки» был вынужден приспосабливать детали от автомобилей отечественного производства или «изобретать» недостающие узлы – благо, потенциал многих работающих на оборонную промышленность советских инженеров и заводов, на которых они трудились за свои 150–170 рублей, это позволял. В крайнем случае в автомобиль целиком имплантировали силовой агрегат в сборе или, к примеру, задний мост с подвеской. Отработанные еще в «трофейные» времена технологии приходилось использовать и в более благополучное время. А что делать – машины постепенно изнашивались, а с ремонтом «родных» деталей часто возникали проблемы как из-за банального отсутствия запасных частей, так и вследствие незнания матчасти и отсутствия информации. Увы, без «всезнающего гугла» починить внезапно запнувшийся «автомат» какого-нибудь Доджа было совсем непросто…

Настоящей же катастрофой было ДТП – ведь поврежденные детали кузова, оптику или отделку в СССР приобрести было невозможно, а заказать и привезти «из-за бугра» их могли лишь считанные баловни судьбы. Поэтому после аварий многие иномарки «примеряли» на себя советскую светотехнику и детали отделки…

Новая эра

В конце восьмидесятых годов ситуация резко изменилась: упал железный занавес, и у многих рядовых советских граждан впервые в жизни появилась реальная возможность приобрести автомобиль иностранного производства, пусть и подержанный. Первыми владельцами машин иностранного производства из простых смертных были военные и моряки, а также специалисты, пребывавшие в длительных загранкомандировках. Если в семидесятые годы они по возвращении в Союз приобретали за «чеки» (инвалютные рубли) без очереди родимые Жигули, то в конце восьмидесятых поездка за рубеж нередко заканчивалась покупкой подержанной «европейки» – уже тогда 10–12-летний автомобиль с пробегом на Западе стоил совсем недорого.

mercedes-benz_s-klasse_9

Советские граждане удивленно смотрят на новейший Mercedes W116 (март 1973 года)

Правда, многие не решались на авантюру и по привычке приобретали в ЧССР или Югославии такие родные Жигули или Волгу. Ведь чехи и (особенно!) восточные немцы избавлялись от советских мастодонтов-пожирателей бензина за копейки и с большим удовольствием, что невероятно радовало советских автомобилистов – например, военных, возвращавшихся в СССР из службы в округах ГДР. В этот же период началась и дальневосточная экспансия «прулек», которые в несметных количествах хлынули в СССР морским путем из Японии. Именно тогда иномарка перестала быть чем-то запредельным и стала более-менее обычным явлением даже в небольших городках. Хотя вплоть до распада СССР любой автомобиль иностранного производства на фоне серой массы Жигулей и Москвичей всегда вызывал повышенный интерес окружающих.

Источник